Главная Статьи Разное Кладовая снадобий
Кладовая снадобий

Онлайновый журнал «Суперстиль» №229/2012.

 

КЛАДОВАЯ СНАДОБИЙ

Аптека

22 ноября (3 декабря по новому стилю) 1701 года Пётр I издал указ «О заведении в Москве вновь осьми аптек с тем, чтоб в них никаких вин не было продаваемо; о ведении оных Посольскому приказу и об уничтожении зелейных лавок». Так зародилась отечественная фармацевтическая отрасль. В современной России чуть ли не каждый день отмечается какой-либо профессиональный праздник, а вот Дня аптекаря или фармаколога почему-то нет. Раз уж обнаружилась историческая зацепка, сегодня не грех поздравить людей в белых халатах, к которым мы обращаемся едва ли не чаще, чем к врачам, и заглядываем в аптеку не только за таблетками, но и за советом, поддержкой, а то и чтобы просто пообщаться.

В переводе с греческого «аптека» – это «кладовая». Основное назначение аптеки – изготовление, хранение, фасовка и продажа лекарственных средств, а также сопутствующих товаров – бинтов, жгутов, спринцовок, пипеток, градусников, банных принадлежностей и оздоровляющих продуктов питания.

Институт знахарства возник ещё на заре цивилизации. В античные времена эскулапы не только оказывали медицинские услуги занедужившим согражданам, но и приторговывали лекарствами собственного изготовления. Ну а первый отдельный магазин по продаже медикаментов был открыт в VIII веке в Багдаде. В средневековой же Европе к торговцам снадобьями относились с подозрением – ведь помимо полезных трав и порошков предприимчивые лекари не гнушались продавать всем желающим разнообразные яды. Некоторых и вовсе обвиняли в колдовстве и безжалостно отправляли на костёр. Легальный статус европейские фармацевты (а они же тогда были и врачевателями, и химиками, и учёными-биологами, и даже философами) получили лишь в эпоху Возрождения. В России первая зарегистрированная знахарская лавка появилась в 1581 году после реформ Ивана Грозного. Зелейщикам и травникам особливо благоволил царь Алексей Михайлович, склонный к ипохондрии и любивший лечиться. Потом был уже упомянутый указ его сына Петра, который собственноручно сажал лечебные растения в Аптекарском огороде на тогдашней северной окраине Москвы (ныне Ботанический сад МГУ). К концу XVIII века в России действовало около ста аптек – не так уж и мало для той поры. К 1918 году, когда все предприятия здравоохранения были учтены и национализированы, число аптек достигло 5000. Сейчас их более 65 500.

Самая большая и самая известная московская аптека до недавнего времени располагалась в старинном особняке на Никольской улице, построенном в псевдоготическом стиле. Фасад здания украшают четыре одинаковых статуи богини Гигии, кормящей из чаши змею. Наверное, вы уже догадались, что древнегреческая Гигия дарила людям здоровье, и от её имени произошло слово «гигиена». История аптеки насчитывает порядка двухсот лет, а её первым владельцем был обрусевший немец Карл Иванович Феррейн. Вплоть до ХХ века аптека не только торговала лекарствами, но и служила фармацевтической лабораторией, местом проведения медицинских симпозиумов, лекторием и анатомическим театром для студентов, пунктом оказания неотложной помощи и даже винокурней, производящей лечебные настойки и бальзамы. А.П.Чехов в рассказе «В аптеке» описывал её так: «Словно к богатой содержанке идёшь, взбираясь по аптечной лестнице, лоснящейся и устланной дорогими коврами, – ступить страшно!». Любопытно, что своих пациентов доктор Чехов даже за глаза никогда не называл «больными», только «расслабленными».

После революции семья Феррейнов навсегда покинула Россию. Хотя, ходили слухи, один из представителей славной династии и теперь уже бывший хозяин аптеки трудился в ней обычным кладовщиком – не мог человек существовать вне родных стен. При советской власти аптека, к счастью, продолжала работать, и ей по праву присвоили почётный первый номер. В годы Перестройки гордость столицы приобрела дурную репутацию. Любители сомнительных удовольствий оптом закупали там медикаменты, из которых варганили синтетические наркотики. А возле аптеки, находящейся всего в полукилометре от Кремля, толпились барыги и снабжали заинтересованную публику героином и марихуаной. Несколько лет назад Аптека №1 переехала на Новую Басманную, а в знаменитом особняке то и дело появляются и исчезают ничем не примечательные заведения, не имеющие ничего общего с медициной и фармакологией. Жаль – ещё одной городской легендой, вобравшей в себя историю всей страны, стало меньше.

А вот наши братья-соседи украинцы к своей главной фармацевтической достопримечательности относятся куда бережнее. Одесская Аптека Гаевского – одна из старейших не только в Южной Пальмире, но и на Украине в целом. Открытая при Еврейской городской больнице ещё в XVIII веке, аптека не раз меняла адрес, и последние сто с лишним лет располагается в огромном красивейшем доме Руссова, что на Садовой улице. Аптека Гаевского – одно из немногих мест нынешней Одессы, где тщательно соблюдаются традиции и, пусть немножко искусственно, в расчёте на туристов, сохраняется неподражаемый одесский колорит, знакомый нам по книгам Бабеля и сериалу «Ликвидация». Тех, кто не заказывает в аптеке болтушки по индивидуальному рецепту, а приобретает готовые лекарственные формы, обслужить-то обслужат, но посмотрят косо, а вдогонку могут ненавязчиво обозвать шлимазлом, который «ничего не понимает за здоровье».

В мире немало и других знаменитых аптек. Ратушной аптеке в Таллинне уже почти 600 лет. В былые времена посетителей там пользовали пеплом сожжённой гадюки в розовом масле, отваром из сушёных мозгов черепахи, мазью из жабьих экскрементов или просто предлагали выпить чашечку кофе, закусить марципаном и взять понюшку доброго табака. Сейчас в здании аптеки, помимо собственно прилавков с пилюлями и микстурами, размещён небольшой музей, антикварный салон и ресторанчик. Аптека при церкви Santa Maria Novella, что во Флоренции, ныне более известна как бутик элитной парфюмерии. Пекинская аптека Тонгрентанг раскрывает посетителям из Европы и Америки тайны древней китайской медицины – там можно пройти диагностику и получить сеанс массажа или иглоукалывания. А самой фешенебельной аптекой может считаться лондонская John Bell & Croyden – она поставляет лекарства ко двору Её Величества Елизаветы II.

Вообще, аптека – это всегда больше, чем просто точка отпуска медикаментов. Бывает, забежишь в аптеку за какой-нибудь ерундой, лейкопластырем или пузырьком зелёнки, а там у кассы стоят три бабушки. Не стоит обольщаться: очередь из трёх бабушек – это убийственно длинная очередь. Бабушки не просто покупают лекарства, они методично и в мельчайших подробностях перечисляют фармацевту симптомы всех своих болезней, и вдобавок жалуются друг дружке на врачиху из поликлиники, хамку и взяточницу, бездельников коммунальщиков, воровку соседку, стерву невестку, дармоеда зятя и т.д. и т.п. Аптека – это трогательный микромир, клуб по интересам для пожилой категории покупателей, а для молодых – уж простите, бабушки – испытание на терпеливость. Про аптеку рассказывают анекдоты: «Дайте мне таблеток от жадности, да побольше, побольше!». Или анекдот о застенчивом юноше, который решил приобрести презервативы, но в присутствии строгой и надменной сотрудницы аптеки не осмелился произнести это слово вслух. И не придумал ничего лучше, чем заявить о своей просьбе с помощью весьма красноречивых жестов. А ещё свежа в памяти испанская комедийная телеэпопея «Дежурная аптека», в которой почтенная провизорша с огоньком обслуживает покупателей, и попутно воспитывает сыновей-озорников, выясняет отношения с бывшим мужем, самовлюблённым хвастуном, гоняет глупенькую помощницу и даже подсобляет безалаберным полицейским ловить жуликов.

Роман ШИРОКОВ